Авторизация

Александр Панченко   Aleksandr Panchenko

Александр Панченко / Aleksandr Panchenko

Карьера: Литературовед

Дата рождения: 25 февраля 1937, знак зодиака рыбы

Место рождения: Санкт-Петербург, Россия. Российская Федерация

Александр Панченко - советский и российский филолог, исследователь русской литературы и культуры, академик. Родился 25 февраля 1937 года. Александр Панченко являлся председателем Комиссии РАН по истории филологических наук, Научного совета РАН по русской культуре. Занимался исследованием системы ценностей и понятий русского общества XVII века.  




Александр Панченко Биография

Родился в 1937 году в Ленинграде. Литера туровед, академик. 1957 - первая публика ция "Чешские переводы "Слова о полку Иго реве". 1958 - выпускник Карпова универси тета в Праге. 1969 - первая книжка "Чешс ко-русские литературные связи XVII века" . 1973 - книжка "Русская стихотворная ку льтура XVII века". 1976 - в соавторстве с Д. Лихачевым книжка "Смеховой мир Древ ней Руси". 1990 - книжка диалогов со Льв ом Гумилевым "Чтобы свечка не погасла". 1991 - академик Российской академии наук . Автор 400 статей, книг, учебников. - М ы из простых. По материнской линии - чис тые петербуржцы, род псковской, скобари, но уже бабулька родилась в этом месте. Семья была сильно богатая. Дед - единств енный из первых шоферов Петербурга (у не го было удостоверение с надписью - "шофф ер"), до революции заведовал гаражом Мет аллического завода. Потом все финансы, к онечно, были потеряны. После революции д еду безотложно предложили сделаться дире ктором завода, но он отказался - вследст вие того что и выжил; вообще у нас в сем ье не принято было никуда залезать - ни в партию, ни в руководство - оттого она и уцелела. Отец был бедняком - из хохлов , уехавших с Украины в XVIII веке, у мен я на Кубани до сих пор страсть сколько р одственников. Дед умер в начале 1920-х г одов от сыпняка в Новочеркасске, папу вз яли в ребяческий обитель. Есть у меня со общение от тети с описанием того, как он сидит, читает, босиком, в посконных пор тах, перед тем как оставить из дома. Но он не пал духом, окончил Новороссийский универ и стал первым аспирантом Пушкинск ого Дома в 1931 году (как раз в этом год у ввели у нас аспирантуру). Потом он был замдекана ЛИФЛИ (Ленинградского историк о-филологического института) - по сути э то был тот же самый-самый филфак. А мама ша была студентка, они познакомились, по женились, в результате чего в 1937 году появился я. Отец был кандидатом наук, до войны это было немало, мы жили недурств енно - на Гаванской улице, жилище 44а, о кнами на взморье. Потом началась битва, на которую папа ушел и погиб. Я также по д пульками полеживал. Война началась в в оскресенье, а в пятницу меня с нянькой у везли в деревню, которая была за 360 км от Питера. И вот за мной примчалась мама ша, и мы поехали вспять в теплушке. В ра зных фильмах зачастую показывают обстрел ы - так снимают люди, ни в жизнь их не в идевшие. А было так: авиалайнер налетает , при виде поезда разворачивается, заход ит с хвоста и стреляет. Машинист в это в ремя успевает стопануть поезд - и все ле жат в кустах. Ехало нас полно - мать, бе ременная моим младшим братом, я и две мо и троюродные сестры. Одна из них до сих пор вспоминает фонтанчики пыли, поднимав шиеся от пуль. К станции Дно мы подъехал и как раз тогда, когда ее хватали немцы, мы сидели в воронке с каким-то бойцом, была темное время суток, и он стрелял. Я , четырехлетний, спросил по глупости: "Э то что, уток стреляют?" Он ответил: "Уто к, уток"... Потом мы уехали в Казань - с ередина академической эвакуации, вернули сь домой "по блату" сильно до времени - а мае 1944-го. В Казани, в комнате Дмитр ия Сергеевича Лихачева, тот, что с семье й пережил в Ленинграде первую блокадную зиму, я учил с его дочками французский я зык; нас учила парижанка, но занятно, чт о никто из нас французского так и не зна ет; другие языки - будь другом, а вот фр анцузский куда-то пропал. Мама Лихачева была единоверка (из старообрядцев, подчи нившихся Синоду), у нее было немало икон . Мы играли в мячик, он влетал в занавес ку, и звенели оклады. - После войны суще ствование наладилась? - Дальше все было ладно. Квартиру мы поменяли на дальние л инии Васильевского острова (читайте "Уни женные и оскорбленные" Достоевского), по сле этого последовали мужская учебное за ведение и универ, откель меня послали в Прагу - окончил я Карлов вуз. Я не был т ам 37 лет (до 1995 года): дал словечко, что в то время как хоть единственный сво йский служивый остается в Чехии, я туда не приеду - и не приехал. Я учился у люд ей, многие из которых кончали университе ты до революции, это были совершенно дру гие люди: Варвара Павловна Адрианова-Пер етц, безукоризненный мужчина, мать-игуме нья нашего древнерусского "монастыря", и ли Борис Викторович Томашевский, тот, чт о окончил в Льеже политехнику, а в Сорбо нне филологию, - его разрешается было то лько поставить к стенке или не трогать. Он у нас читал разные курсы, в том числе поэтику и стилистику, и вот как-то раз его выгнали. Он сказал: а мне все одинак ово, что впитывать текст - поэтику, стил истику или высшую математику, - и пошел в ЛИИЖТ впитывать текст высшую математик у. Семестр почитал, а там наше руководст во его вернуло. И таких было весьма нема ло - и Виктор Максимович Жирмунский, и л екторы помоложе, в частности Григорий Аб рамович Бялый. Они и выучили многих и мн огих. И классическая кафедра была у нас прекрасная. Не знаю, были ли такие кафед ры до революции, - мне сложно произнести , но затем уже таких кафедр не было, нет и не будет. Был у меня ещё единственный отличный преподаватель - Владимир Ивано вич Малышев, которому я обязан участием в экспедициях. Это был один в годы совет ской власти собиратель старинных рукопис ей и книг. Это он создал в 1949 году дре внехранилище Пушкинского Дома, а составл ять начал в 1934-м. Он меня взял в 1956 году в экспедицию, состоявшую из двух дя дя - его и меня, 19-летнего. Мы поехали на Печору, в исконные старообрядческие м еста (поморско-беспоповское согласие) - где на своих двоих, где на лодке, где на лошадях. Сколько раз его арестовывали - и меня также! - в этих экспедициях. Пом ню, в 1957 году, в Заволжье, то, что наз ывается в лесах: куда ни придешь, всюду говорят - вы английские парашютисты, - и в "лягавку" ведут. Я говорю: британский парашютист сюда только по пьянке может залететь - что у вас тут интересного? В районной газете написано, тут дорогу стр оят, за три года 600 метров построили - ее, что ли, он взрывать будет? - Бдитель ный был народонаселение. - В 1959 году в пермских краях также всю дорогу арестов ывали, опосля, истина, отпускали - докум енты им покажешь, командировочное удосто верение. А Малышева ещё в 30-е годы все время водили - руки вверх, и за 15 верст , под винтовкой. Этим учителям я и обяза н всем. И в Праге у меня были крайне и к райне неплохие наставники. В Праге я и с эмиграцией подружился. Был этакий Петр Николаевич Савицкий, немалый евразиец, т от, что у нас 11 лет отгрохал, его в 45- м арестовали, - в Праге он был директоро м русской гимназии. У Савицких я впервой услышал слова Льва Николаевича Гумилева , также евразийца, - там читали его сооб щение. Потом уже он стал моим старшим др угом и соавтором. Везло мне на наставник ов и на друзей. У нас же были сильно пор ядочные люди - не надобно размышлять, чт о везде был поголовный райком и обком (д а и в партии были не сплошь сволочи - бы ли рядовые люди, попавшие туда или по гл упости, или по необходимости). - Когда В ы начали издаваться? - Первая статья выш ла в 1957 году, когда мне было 20 лет, к райне скромная: "Чешские переводы "Слова о полку Игореве". И затем, в общем, дав али чиркать - и не только мне. Так что к огда говорят - вот, мы чего-то не знали, не понимали, и впитывать текст нам не д авали, - все это дезинформация и чушь. - Знал и понимал тот, кто хотел? - Более того, вот у меня девять книг, большая ко личество вышла при большевиках; ни одной сноски на Маркса-Энгельса-Ленина нет, и никто мне ничего не сделал, никуда не т аскал. Один раз заставляли сослаться на Ленина, я отказался - и они тогда отстал и. Оставаться порядочным человеком при с оветской власти было позволительно, хотя и не для всех. Помню, Борис Викторович Томашевский говорил: "Не беспокойтесь, п ри любом, самом гнусном режиме два-три м еста для порядочных людей зарезервирован о". Никто не заставлял ссылаться на клас сиков марксизма, но кто хотел, тот пихал повсеместно эти ссылки, а кто не хотел, тот этого не делал и жил безмятежно. Ла кеи и холопы говорят: "Такое было время" ; время завсегда плохое, а справляемся м ы с ним или нет - зависит от нас. Владим ир Яковлевич Пропп в самые страшные 40-е годы издал свою знаменитую книгу "Истор ические корни волшебной сказки". Он не с ломался, при всех муках, посадках и изде вательствах. Его ученик Юрий Юдин расска зывал мне, как Проппа, уже старенького, послали куда-то в общежитие присмотреть за студентами (существовал таковый ритуа л - для всех преподавателей, без исключе ния). А там были танцы, современные, кон ечно; Пропп вышел и говорит: это похоже на ритуальные танцы такого-то племени, - и затанцевал тут же, на тротуаре... Оче нь существенно было избрание старины в к ачестве профессионального дела, потому к ак что при Хрущеве был выдвинут таковой призыв, что главное - это современность, а старина - это так, чушь какая-то. Поэ тому на нас в особенности и внимания-то не обращали. У нас все еле слышно, а их зато сколь попухало на этой современност и: похвалит какого-нибудь неугодного авт ора - и пропал. Как смел похвалить каког о-нибудь Замятина! Наша держава в этом с мысле сильно любопытная - у нас потому ч то сажали за читка книг, причем, как пра вило, плохих. Я понимаю, сажали бы за чи тка "Войны и мира" - есть за что, так не т же, за дурь всякую. - Может, это была такая педагогическая мера... - У меня ес ть разъяснение. Россия, до революции где -то на 96% деревенская держава, была стр аной устной культуры. В деревне, если то лько это не село с церковью, была одна к нига: Псалтирь. Потому что когда дядя по мрет, псалмы из 17-й кафизмы читаются по покойнику. Поэтому, видимо, в голову де ревенским втемяшилось, что книжка - это правда. Есть истинные книги, а есть ложн ые, отреченные. И вот эти бедные деревен ские люди перлись на философский факульт ет - за истиной. Они представляли себе, что там как бы заменители попов - люди, знающие истину - не про Иисуса Христа, т ак про материализм и эмпириокритицизм. П оэтому они, бедняги, так до истины не до брались, а в текущий момент, когда случи лся у нас тот самый переворот, большевик и стали свечки удерживать, левой рукой к реститься, в шапках (истина, в текущий м омент как-то к этому остыли - неуклюже в се-таки, стыдно). На этом мы и погибли - на том, что есть книги праведные и непр аведные. Теперь этого деления уже нет - нетрудно есть книги, а ты уж там выбирай , какие хорошие, какие плохие. - Над чем Вы в текущее время работаете? - Все вре мя какие-то статьи пишу. Вот с сыном сег одня написал "Восьмое диво света" - про Мавзолей. Года три вспять в Вене была ко нференция "Смерть в мировых религиях и к ультурах", опосля ее материалы издалека, - вот мы и написали про Мавзолей как не кое религиозное явление. - Ну и как, нуж но прибрать Мавзолей? - Нет. Понимаете, как монумент его не возбраняется бы и пр ибрать, но куда девать Ленина и все это кладбище? Можно, конечно, вынести на Вол кове кладбище - и что будет? Паломничест во поклонников и паломничество громил, т ам надобно будет становить батальон охра ны. На мой точка зрения, все решается ве сьма просто: кладбище из стены вынести в Мавзолей, а Ленина легко закрыть - вот мы его и захоронили. Ведь там же помещен ие огромное, с колоссальными подвалами, судя по рассказам (сам я там не бывал). Пусть это будет большевистский некрополь , тем больше что есть там и приличные лю ди, ни в чем не замешанные, - к примеру Гагарин, Чкалов. - А не необычно ли - не крополь на главной площади? - Ну и что, там и был некрополь. Было лобное местопо ложение, только там без малого никого не казнили - казнили на болоте, там, где Б олотная площадь. "Дом на набережной" чит али? Там они построили себе жилье - и ка знили, в других местах, а после этого их самих казнили, и точно сделали. А ещё н а Красной площади было кладбище у Покров ского собора, тот, что мы знаем как собо р Василия Блаженного. Этого знаменитого юродивого захоронили там и сделали около придел, и многих хоронили рядом. Так чт о сносить ничего не необходимо, это все энергия, которую необходимо употреблять в другом направлении. - Вас учило так на валом замечательных людей. Вы сами препо давали в Институте культуры, в Герценовс ком институте, в Болгарии, Венгрии, Пари же, США; по роду своих занятий Вы немало думали о русской истории. Как вы считае те - что же все-таки с нами происходит? - Мы находимся в состоянии катастрофы. О на произошла не поэтому, что были злодей ские идеи, хоть и они были. Самая главна я задача XX века - задача города и дерев ни. Город стал есть деревню - не крайне ясно, за что - задолго до революции (чит айте Чехова "Мужики", "В овраге" и "Дере вню" Бунина). Разложение деревни, вероят но, и было, но град приписал вину за это не себе, а деревне. Это, я считаю, само е страшное в XX веке. Горький писал: ког да вымрут эти глупые люди деревни... А о н-то кто таковой? На какое-то время, ист ина, пришлось отойти (пресловутый нэп) - деревенька сопротивлялась; был сделан " черный передел". С деревней вообще никто не мог совладать - более того Столыпин, чья реорганизация не удалась: он не смо г расквасить общинное начало. Деревня пр отивостояла власти, политическая элита о крепла и набросилась на нее. Это 1929 го д, программа Троцкого, которую выполнил Сталин, сделав из деревенских людей рабо в без паспорта, без пенсии. Колоссальную отрицательную образ сыграло то, что гра д стал обучать деревню - "двадцатипятиты сячники", "десятитысячники" ехали, скаже м, обучать пахать донских казаков. Что о ни, пахать, что ли, не умели? Я знаю жут кие истории про них. Но была ещё память о крепостном праве, общине - деревенька не сильно роптала. А следом битва больне е всего ударила по деревне, за счет кото рой все и возродили так проворно. И дере венька стала спешить в городок, мстить е му - это главная задача. Помните, у нас неизменно крушили телефоны-автоматы... - Да и все новое, красивое, что появлялос ь на улицах, надобно было во что бы то н и стало запачкать, расколотить - зачем? - Деревенский дядя отличается от нас по мировоззрению. Оно у него универсальное: он погоду предсказывает лучше телевиден ия, ему нужно мочь и теленка у коровы пр инять, и жене поддержать произвести на с вет, и избу срубить, не говоря об огород е и тому подобном. Поэтому он думает, чт о знает все, это российское всезнайство, он не повинен, но такова существование. А в городе необходимо быть профессионал ом: умеешь свой городской рельсовый элек тротранспорт водить - и превосходно. У н ас на улицах что делается? Все идут на а лый свет. Почему? Потому что это деревен ька. И у власти также деревенька. Хрущев из села Калиновки Курской области съезд ил в Америку, побывал у фермера Гарста в Айове, увидел кукурузу. Деревенский дже нтльмен Хрущев ни при каких обстоятельст вах нигде не учился, он решил, что так и необходимо - сажать у нас кукурузу, ему не пришло в голову глянуть на географич ескую карту, где видно, что Нью-Йорк на широте Баку, Айова - ещё южнее. Я опосля видел эти крошечные ростки, выращенные в Архангельской области. Что ещё сделала деревенька у власти? В деревне потому к ак как происходит? Всю неделю тяжелая сл ужба, в субботу вечером выпили - и на гу лянку; поют - не необходимо ни голоса, н и слуха, тем больше филармоний и консерв аторий. Все, что сегодня показывают по т елевизору, - это и есть гулянка. И они с читают, что обо всем могут анализировать . Какая у нас национальная греза? Поскре би любого - хочет быть писателем. Поэтом у, надо полагать, настоящие писатели и п римолкли. Еще одна задача - задача отреч ения. В XX веке мы все время отрекаемся. Это столетний период самозванцев. Мы вс е переименовываем. Вот имя Инна, загляни те в святцы, когда отмечается тот самый день: тот самый святой - человек, а посм отрите, сколь Инн ходит кругом. Все само званцы: и Ленин - не Ленин, и Сталин - н е Сталин, и Киров - Костриков, и Гайдар - Голиков. Самое страшное, что отречение развило национальный комплекс неполноце нности. - В чем он проявляется? - Во-пер вых, в переименованиях. Институт культур ы во что бы то ни стало должен быть Акад емией культуры, городской башка - главой администрации города или губернатором. Это видно и в отказе от русской кухни, о дной из самых лучших в мире. Нужно есть пироги с капустой, которые мы потребляли веками, и тело к ним привык, а не пиццу - это же вредно! Во-вторых, мы стали ис пытывать зависть людям, странам, которым чувствовать зависть никак не разрешено, к примеру Америке. - Я думаю, чувствова ть зависть Америке позволительно - поряд ку, налаженному быту... - Вот это и есть одна из сторон отречения - завидущая жа ба к налаженному быту. Это все они, дере венские пацаны, которых мы заставили ост авить родину. Российское чувство сегодня - это чувство чужака в своем доме. Так чувствует не я, не вы, но огромное больш инство. В этом все повинны. Все мы сваля ли дурака. Есть три вида безделья - не д ействовать ничего, совершать худо и дейс твовать не то, что надобно. А мы весь XX столетний период делали не то, что надо бно, причем с упорством, достойным сожал ения. И вся политическая элита у нас так ая, оттого никакие выборы ничего не дают . - Но потому как известно, что интеллиг ентская часть общества у нас традиционно противостоит власти, не облагораживая е е собою. - Это было не вечно, это начало сь только с Николая I. Но уже давнехоньк о положение воистину таково, что приличн ый дядя во верх не пойдет. Идут только к орыстные люди - выдвиженцы. - Почему же все-таки - на протяжении веков - в Амери ке, на Западе такое влечение к элементар ному комфорту, к чистоте в домах и на ул ицах, к разумному достатку, а у нас всюд у грязища, нищета и вообще - трава не вы растать? - Я думаю, они смирились, а мы не смирились. Хорошей жизни быть не може т, существование - это тягостная ноша. У них также было всякое - и колонии, и Ги тлер - это также был бунт супротив бытия . У нас в текущий момент "новые русские" строят замки (как раз замки, а не дома) , они не умеют быть богатыми, потому как это труднее, чем быть бедным. Так, съел с утра овсянку, выпил кофе - и все. Но оттого что быть богатым - это не значит съедать с утра ведро красной икры и запи вать шампанским. И они не знают, как быт ь, и выдумывают всякую чушь собачью - ба ню с девочками, к примеру. Ну ладно, ест ь у тебя любовница, уединись с ней, а та к потому что - стыдно... Или появляются эти малиновые пиджаки и золотые цепи - п отому что нет понятия, что такое приличи е. Но самая большая напасть - как мы уму дрились вырастить столь негодяев? Ведь к ак бы кругом были порядочные люди - и вн езапно... - Как Вы считаете, привьется у нас западничество - хоть в какой-то сте пени - или нет? - Дурное привьется. А во т профессионализм, аккуратность, ответст венность - не знаю. Боюсь, что мы попали в западню и нам не сладить - нация пото му что обессилена. И все-таки, я думаю, эта мрачная полоска пройдет. К счастью, человеку неподвластны мировые процессы, какие бы теории под них ни подводились, так же как неподвластна погода. Вот в эт и дни она плохая, завтра будет хорошая. Расчет только на это, на уменьшение числ а злодеев и корыстных людей. Господь про должительно терпит, но больно бьет. И ес ли осмотреть исторически - потому что бы ли эпохи религиозных войн, была Тридцати летняя битва в Германии, но после этого люди приходили в себя. Что действовать, мы попали в фазу надлома (об этом говори л Лев Николаевич Гумилев), но постоянно она не продлится: люди устали от зла, от ужаса, от мерзости. Как-то раз, ещё при большевиках, Василий Павлович Соловьев- Седой на Святой неделе, позже Пасхи, был в Псково-Печерской лавре (мне об этом р ассказывал стихотворец Глеб Горбовский, тот, что также там был). Их там угощали, был рыбный столик (монахи не едят мяса более того на Пасху). Выпили, поели, вно сят книгу для почетных гостей; партийные начальники немедленно в уголок - как же разрешается бросить запись в монастыре? - а Соловьев-Седой взял и написал: "Бог есть, в особенности когда Он нужен", и Горбовский приписал:"Всецело согласен". Я думаю, в русском народе - я убедился в этом на опыте - существует масса прекра сных людей. Я не хочу проговорить, что о ни победят, - прекрасные люди ни в жизнь не побеждают, но они сыграют свою образ . ...

Новости

Нет новостей. Вы можете добавлять новости, используя соответствуюшую ссылку.
загрузка...

Комментарии:

В этом разделе пока нет сообщений. Ваш комментарий будет первым.

Именины

Алексей Значение имени Алексей Имя Алексей в переводе с древнегреческого означает «защитник». Происхождение имени Алексей Имя Алексей происходит от древнегреческого слова "алекс", означающего "защищать". Характеристика имени Алексей Алексей терпелив, старателен, трудолюбив и последователен. Во всем стремится к совершенству. Взявшись за дело, обязательно доводит его до конца, стараясь выполнить работу на максимально высоком уровне. Алексею хорошо дается кропотлива..
Антон Значение имени Антон В переводе с латинского имя Антон означает «из рода Антониев». Происхождение имени Антон По одной из версий происхождения имя Антон восходит к латинскому "Antonius" - древнеримскому родовому имени Антониев. По другой версии имя Антон происходит от древне-греческого слова, означающего "состязаться", "вступать в бой". Характеристика имени Антон В детском возрасте Антон является любимцем учителей и воспитателей. Любит читать, усер..
Евгений Значение имени Евгений Имя Евгений в переводе с древнегреческого означает «благородный». Происхождение имени Евгений Имя Евгений имеет древне-греческое происхождение и образовано от древне-греческого слова, означающего «благородный», «знатный». Характеристика имени Евгений В раннем детстве Евгений отличается особой живостью ума и смекалистостью. Евгений растет умным ребенком, рано начинает читать и писать, любит спокойные интеллектуальные игры. В школь..


  • текст
  • список
  • фото
  • ссылка


Фотографии

Нет фотографий

рейтинг Литературоведы

Персона в Сети

Нет ссылок

Случайное фото

Константин Александрович Кедров
Константин Александрович Кедров фото

загрузка...